НАШИ ТЕМЫ
КЛБІ 2015

На вопросы читателей отвечает Блаженнейший Владимир, Митрополит Киевский и всея Украины, Предстоятель Украинской Православной Церкви.

? В одной книге я прочитал, что Иисус Христос на самом деле не испытывал страданий и не умирал, потому что это свойство материи, а Он был Богом. Книга, по-моему, не совсем христианская, так как в ней проводится много аналогий с другими религиями.

Вы правильно заметили и оценили содержание данной книги — она действительно нехристианской направленности. Вопрос о Личности Иисуса Христа считается важнейшим, потому что с этим связана вся христианская сотериология — учение о спасении человека.

Согласно учению Православной Церкви, Господь Бог наш Иисус Христос — Богочеловек. В Его Лице непостижимым образом соединены две природы: совершенное Божество и совершенное человечество.


Энцо Бьянки

Адальберто Майнарди
В Уставе преподобного Бенедикта, среди перечисляемых им самых надежных инструментов для достижения полноты христианской жизни, находится наставление, которое сегодня часто вызывает скептическую улыбку: Vitam aeternam omni concupiscentia spirituali desiderare[1] – то есть желать вечной жизни со всей горячностью духа, со всем духовным вожделением.
 
На постмодернистском горизонте «вечная жизнь» кажется непоправимо связанной с мифологией некоего невосстановимого прошлого. И все же, даже такой теоретик секуляризма, как Чарльз Тейлор, замечает, что, возможно, никогда так, как сегодня, праздничное измерение бытия не облекалось такой решительной важностью:
 
Люди еще ищут эти моменты расплавленности, которые вырывают нас из повседневности и ведут к контакту с чем-то вне нас самих… Праздничное остается в нашем мире некоей нишей, в которой трансцендентное может врываться в нашу жизнь, как бы мы ни организовывали ее вокруг себя с помощью имманентных концепций[2].

Концепция Яхве как племенного бога Израиля пронизывает все части Ветхого Завета, формируя в книгах Пророков идею "избранного народа", заключившего договор ("завет") с универсальным Богом. Даже у самых последовательных выразителей универсального монотеизма, например у "Девтероисайи", универсализм соседствует с партикуляризмом, порождая порой на небольших участках текста противоположно направленные тенденции:

Ко мне обратитесь и будете спасены, все концы земли; ибо Я Бог, и нет иного. Мною клянусь: из уст Моих исходит правда, слово неизменное, что предо Мною преклонится всякое колено, Мною будет клясться всякий язык (Ис. 45:22-23).

Праздник, как особенное, радостное время в жизни каждого человека, для христианина становится еще более возвышенным и торжественным, потому что он совершает праздник с Самим Творцом, со своим Господом. Собственно в этом и состоит смысл христианского праздника, и праздника вообще, - совершать празднование с Богом, и в этом торжестве соединяться с Ним. Ибо как можно назвать праздником то, что совершается человеком без Творца. Торжествует человек только тогда, когда его жизнь является созидательной, когда он вместе с Богом развивается, укрепляется, совершенствуется. Поэтому ставится вопрос: может ли быть человеческая жизнь созидательной без Творца вселенной? А отсюда мы спрашиваем следующее: может ли человек совершать праздник, удалившись от Бога – Источника и Начальника жизни? (Деян. 3: 15) И какой смысл может иметь праздник, совершаемый человеком без Творца, со своим несовершенством, слабостями и грехами.
 Милан Жуст, о.и. – Киев, 27 сентября 2010
 
Когда я узнал, что этот год посвящён теме «праздника», я задумался, с какого праздника я мог бы начать. В самом деле, есть очень много типов праздников, и они очень разнятся между собой. И затем я вспомнил, что начало данной конференции приходится как раз на день моего крещения.
Для нашей культуры не характерно особенным образом отмечать годовщину крещения, но для меня это день необычайно важный, хотя внешне я обычно не отмечаю его. Однако сила праздника не заключается лишь во внешних формах его выражения.

Поиск
Вход в систему
"Успенские чтения"

banner

banner